MENU
Главная » 2017 » Июнь » 29 » Типы рациональности в классической и постнеклассической психологии
12:22
Типы рациональности в классической и постнеклассической психологии

Типы рациональности в классической, неклассической и постнеклассической психологии Классическая и неклассическая психология

Пять грехов классической психологии указываются авторами, выступившими в психологии против задаваемых ею ограничений: сциентизм как узко понятая научность (так, психоанализ не столько наука, сколько искусство толкования), универсализм (поиск общих законов), индивидуализм, механистическое понимание каузальности в разделении внеигнего-внутреннего и субъективпого-объективного.

А.              Г. Асмолов отнес к неклассичсским подходам и теориям в психологии столь разные направления, как психоанализ (с его разработкой концепции бессознательного), теорию установки Д. Н. Узнадзе, куль- турно-историческую концепцию Л. С. Выготского, деятельностный подход (теории А. Н. Леонтьева и С. Л. Рубинштейна). «Принципиальная новизна этих различных направлений методологии психологии состоит в прорыве за границы “постулата непосредственности” и поиске того “опосредствующего звена”, которое, порождая психические явления, само бы к сфере психического не принадлежало» [Асмолов,

Типы рациональности в классической и постнеклассической психологии

с. 446]. В работах его ученицы Гусельцевой более четко были прописаны те принципы, которые связывались уже не только с неклассической, но и с постнеклассической картиной мира, на которую могли ориентироваться психологические теории.

Это, в частности, такие предпосылки, как уход от противопоставления естественно-научного и гуманитарного познания; возникновение сетевых концепций, противопоставляемых основным положениям теории систем (анализ соответствующих «бутстрэпных» концепций в разных областях знания представил В. Капра [Капра, 1996]); революционная роль новой информационной культуры; движение навстречу идеям, отличающим познание мира и человека на Западе и Востоке. Сюда же относятся идеи «гуманизации мира языком» (В. Гумбольдт), переходящим с уровня функции (обслуживания) на уровень сущности (возвышения человека) [Гусельцева, 2003, с. 113], рассмотрения нзаимоотношений человека и природы в диалоге и контексте ноосферо- генеза; обращение к понятиям неопределенности (в том числе «духовной неопределенности») и незавершенности как ценности. Эти и ряд других представленных критериев могут служить основанием изменения парадигмальной сути психологических подходов или теоретической психологии в целом, если таковая когда-либо возможна.

Д. Б. Эльконин первым в 1981 г. назвал теорию Выготского неклассической психологией сознания в связи с рассмотрением ею социаль- нох'о не как воздействующего фактора или условия, а как источника развития личности. А. Г. Асмолов развил далее метафору перехода от культуры полезности к культуре достоинства как направление в построении психологической теории, предполагающему существование избыточности, непредсказуемости, изменчивости в обществе и аксиоло- гически включающей нравственный императив личностного развития (как преобразования культуры в мир личности и порождения культуры).

Гораздо более широкий спектр неклассического понимания психологии дают некоторые авторы, которые вообще полагают в качестве признака неклассичности наличие взаимодействия между субъектом познающим и представляющим (поставляющим) некоторую психологическую реальность. Тогда чуть ли не вся психология, начиная с Джеймса, подводится под понятие неклассической парадигмы (Помогайбин,

Типы рациональности в классической и постнеклассической психологии

. Такое комплексное объединение принципиально разных психологических подходов только скрывает существенные различия между ними, связанные с ориентацией на разные — классическую и неклассическую — парадигмы построения научного знания. Другое дело — поиск в рамках конкретной психологической концепции того содержательного или методического аспекта, который свидетельствует о преодолении классических для старой психологии постулатов (например, постулатов реактивности или «непосредственности»). Тогда можно говорить и о концепции Джеймса как содержащей неклассические элементы в понимании сознания человека.

Другой вариант неоправданного объединения психологических подходов — не по их содержательным и объяснительным принципам — представляет фиксация только на методе и цели, исключающая (как старый хлам) представленность в парадигме также и представлений психолога о его предмете. Например, это растворение предмета в порождающей его процедуре взаимодействия психотерапевта и клиента.

Возникновение так называемых неклассических ситуаций — более строгий (и адекватный представлению о смене научных парадигм) критерий или важный аспект выявления тех особенностей ситуаций в психологии, которые свидетельствуют о невозможности построения переходов от теории к эмпирии в рамках классического причинного и «объектного» отношения к человеку.

Наиболее продуктивный путь, на наш взгляд, заключается в выявлении оснований, которые могут быть рассмотрены как преодоление той или иной психологической концепцией классического (новоевропейского) пути познания.

Но для этого необходимо и четкое выделение критериев новейших (неклассических или постнеклассических) схем мышления в построении исследований, необходимо связанных с критериями того, как понимается в разных парадигмах научность познания. Галилеевский способ мышления, пришедший на смену аристотелевскому, по Левину [Левин, 1990], соответствовал классическому пониманию причинности и законообразности. Современная психология в рамках своих неклассических теорий преодолевает этот способ и разрабатывает новые. Методологические поиски психологии связаны не только с изменением классической картины мира, но и необходимостью соответствовать таким «вызовам современности», как философия постпозитивизма, культура постмодернизма, информационная культура, сетевой принцип организации знаний и др.

При этом следует учитывать гетерохронностъ развития психологических теорий, одновременное сосуществование различных принципов конструирования предмета изучения. Для неклассической парадигмы важнейшим завоеванием стало признание учета субъективности наблюдателя и невозможности изучения свойств объекта вне взаимодействия свойств субъекта и объекта. Действительность порождается субъект- объектным взаимодействием. В естествознании это пример квантовой механики — с порождением корпускулярных или волновых свойств микрочастицы в процедуре ее исследования. В гуманитарном знании — пример психоаналитической традиции, предполагающей конструирование у пациента того мира, который задан психоаналитической теорией. «Пациент до анализа» невозможен — этот тезис означает необратимость интерпретационной картины мира, образуемой у него, независимо от ее истинности или ложности.

Неклассическая психология и методологические заимствования

Какие ловушки подстерегают психологов, без должного понимания использующих новые (неклассические) каноны естествознания в обосновании множественности психологических парадигм, специально обсудила Е. Завершнева [Завершнева, 2001,2002]. Так, психологи часто ложно понимают и представляют принципы неопределенности и дополнительности, сформулированные в квантовой физике. Дополнительность ими связывается с дополнением положений одной теории завоеваниями другой. Неопределенность же как понятие используется совсем в других значениях, чем это задавалось формулой физика В. Гейзенберга.

Принцип неопределенности как закон микромира был выведен этим выдающимся ученым исходя из корпускулярной теории, а Э. Шредин- гером — из разработки волнового аспекта бытия частиц в микромире, которое само вспыхивает только в момент его изучения. Речь идет о неопределенности как невозможности полного познания объекта, искажаемого мерностью измерительного устройства и, значит, влиянием познающего субъекта на выявляемые свойства объекта. В физике принцип неопределенности означает количественное соотношение, связующее воздействие измерительного средства на объект измерения, причем в рамках допустимой его величины (так называемая «постоянная Планка»), и применим этот принцип только по отношению к микромиру, но не к классической картине макромира. Принцип же дополнительности означает «двойственную природу вещества», допускающую два разных способа его описания, но не одновременную представленность их в одном и том же эксперименте [Завершнева, 2001, с. 73]. Здесь речь идет о том, что в разных экспериментах устанавливаются как корпускулярные, так и волновые свойства микрочастиц. Принцип дополнительности, разработанный в физике, нельзя понимать как принцип взаимодополнительности разных научных подходов или включения субъекта познания в процедуру измерения и воспроизводства изучаемой реальности.

Таким образом, принцип дополнительности — это никак не принцип дополнительности теорий, как и неопределенность — не мера хаоса. Если учитывать это, то следует признать, что психологи неправомерно подкрепляют свои воззрения мифологией названных принципов, а отнюдь не декларируемой опорой на новейшие достижения в построении картины мира. Открытость человека — то радикальное отличие, которое не позволяет проводить прямые аналогии в возникновении неклассических ситуаций в рамках физики и психологии. Для психологии такой неклассической ситуацией становится изучение регулирующей функции эмоций или структурирующей функции мотива делительной деятельности, что в классической психологии распалось бы как невозможная проблема, поскольку аффект и описывались как исключающие друг друга психологиче- ^оиентация на критерии открытости и сетевого прин- 'чии психологической регуляции, так и в организа- ’ знаний (в рамках отдельной или метатеории)

ованием оценочного отношения к реализуе- рируемым принципам неклассической и постыдит.

А 1.21 Научная рациональность - Философия науки для аспирантов

Категория: ФИЗИКА | Просмотров: 70 | Добавил: haka213557 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar