MENU
Главная » 2017 » Ноябрь » 12 » Соотношение науки и философии
22:47
Соотношение науки и философии

Ретроспектива

Проблема взаимосвязи философии и науки

Саморефлексия политики

Соотношение науки и философии

Если политическая философия представляет собой особый тип исследований, особую дисциплину, если мы ее выделяем, то, наверное, предполагаем наличие у нее своих проблем, отличных от тех, что возникают в политической науке или в политике как в сфере практической деятельности (либо имеется одна проблема, к которой по-разному подходят политик действующий, политолог-исследователь, политический философ), заметил В.Д.Лекторский.

По мнению И.И.Кравченко, отличие политической философии от политической науки кроется не в объекте, а в предмете исследования: первая занимается универсальными, идеальными принципами функционирования политики, в то время как вторая сфокусирована на сборе и систематизации фактов, необходимых для построения теорий и выработки конкретных норм. В науке преобладают скорее количественные методы, а в философии — качественные. Если наука, к примеру, ставит вопрос, сколько человек находится у власти, то философия исследует, кто у власти. Наука занимается частными процессами, философия — универсальными. Так, обращаясь к проблеме свободы, ученый интересуется конкретными ее формами, анализирует, как, посредством каких механизмов свобода реализуется в том или ином государстве; философ же рассматривает свободу в качестве универсальной категории: для него не существуют свобода в Америке или свобода в России, а есть свобода как условие развития человека и общества в целом.

Проблема взаимосвязи философии и науки

Политическая философия, подчеркнул Б.Г.Капустин, — это всегда вопрошение о смыслах. Она осмысливает политическую практику с точки зрения кардинального вопроса о самой возможности общежития и его воспроизводства, тогда как политическая наука рассматривает механизмы такого воспроизводства. Если снова обратиться к примеру о свободе, то политическая философия ставит вопросы о том, что такое свобода, зачем эта свобода, как она возможна и т.п. Политическая наука подобных проблем не поднимает и поднимать не может — в науке нет рефлексии. Она исследует то, как действуют процедуры, в отношении которых a priori предполагается, что они осуществляют свободу. К примеру, сфокусировавшись на разработке принципов многопартийности в том или ином государстве, ученые не вопрошают, что есть многопартийность и увеличивает ли она свободу: науку интересуют скорее “технические” аспекты, нежели сущностные.

Иной подход предложил М.В.Ильин. Он уверен, что имеется единое политическое знание, которому в принципе присуща рефлексивность. Но внутри этого знания и рефлексия, и саморефлексия могут быть (точнее, не могут не быть) разными и по своим масштабам, и по своему качеству. Вообще отказывать какой-то профессии в рефлексии опрометчиво. У философа своя рефлексия, которую нелепо ожидать, например, от водопроводчика. Но и философ пользуется бытовой сантехникой, хотя без той рефлексии, которая отличает специалиста-коммунальщика.

Качественные системные характеристики рефлексивности (но не оценки ее относительно кого-то или чего-то) в решающей степени связаны, по мнению Ильина, с самим типом знания. Знание политики весьма разнородно по своему характеру. Одно дело — обобщение непосредственного жизненного опыта, и совсем другое — построение доктрин на основе моральных максим, религиозных догм и прочих постулатов. Возможно непосредственное постижение политических истин или же интуитивное по своей сути уяснение того, что Б.Н.Чичерин называл политическим смыслом, но наряду с этим — критическая рефлексия по поводу политики, скажем, выявление независимых от воли исследователя алгоритмов связи между размерами политической общности и наличием/отсутствием определенных процедур политического взаимодействия.

В сфере знания о политике общую координатную сетку создают следующие три идеальных типа. Базовым является обыденное знание, представленное такими интеллектуальными продуктами, как, например, мемуары политиков. На эту основу наслаиваются разного рода политические учения, приобретающие порой форму законоучений, моральных доктрин или политических идеологий. Новый уровень образует критическое знание, которое при достаточно высокой степени операционализации процедур и формализации критериев критической самопроверки может быть признано наукой.

Как подчеркнул выступавший, данные разграничения имеют непосредственное отношение к сути проблемы. Политология, во всяком случае то, что на русском языке называется таковой и что возникло в нашем отечестве, включает в себя все формы знания о политике — как более или менее близкие к охарактеризованным выше “чистым” типам, так и весьма своеобычные, “смешанные”. А это означает, что использование по отношению к политологии в целом лишь строгих критериев научности и критической рациональности любого рода непрактично и нецелесообразно. Расширение интеллектуальных оснований знания оправдано не только необходимостью судить о донаучном знании, исходя из его собственных принципов. Оно важно для формирующейся в России политической науки с точки зрения ее противопоставления своей духовной среде, а значит и связи с ней. Подобный подход помогает уловить, когда и как стихия обыденного или догматического мышления начинает преобладать в политических исследованиях, претендующих на статус научных. Чтобы этого избежать, следует признать не только допустимость обыденного и догматического знания, но и их дополнительность и необходимость для знания критического. Это вполне рефлексивное и научное знание вырастает не из полного незнания, а из знания слаборефлексивного и обычно вненаучного и донаучного.

Философия. Философия и наука: специфика и взаимоотношение.

Категория: Философия | Просмотров: 20 | Добавил: haka213557 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar